Разработка результативных программ по лечению алкоголизма и поддержанию ремиссии невозможна без учета территориальных, климатических, социальных, культурных и поведенческих особенностей этносов. В статье представлены результаты исследования взаимосвязи родолжительности терапевтической ремиссии у больных алкоголизмом и их личностных характеристик из числа представителей коренного населения Чукотки. Пациентов наблюдали во время и после прохождения краткосрочной программы реабилитации по методу Я. Маршака. Используемая в исследованиях программа реабилитации – первая в России и, возможно, в мире (отсутствуют ее аналоги в доступной англо- и русскоязычной научной литературе).
Методы
Исследование состояло из двух частей. Первая часть была проведена в реабилитационном центре, где проводилась «Программа реабилитации семьи», для исследования применялись методы количественного и качественного анализа, методы наблюдения (оценивалась работа в группе, взаимоотношение с коллективом, сотрудничество с сотрудниками, психологами и консультантами программы, наличие желания и мотивировки при выполнении «домашних заданий»), беседы, структурированного интервью. Вторая часть работы посвящена длительному лонгитюдному наблюдению на протяжении 4-х лет за больными алкоголизмом, прошедшими программу реабилитации.
Исследовалось влияние третичной профилактики, основанной на создании и поддержании групп Анонимных Алкоголиков (АА), индивидуальное консультирование «выздоравливающих алкоголиков» (в терминологии сообщества АА), основными методами исследования второй части работы стали методы наблюдения, беседы, структурированное интервью (все три метода применялись как дистанционно — по телефону, так и на местах во время командировок — 1−2 раза в год).
Для оценки качества ремиссии был разработан и опробован «Опросник оценки качества ремиссии в удаленных и труднодоступных регионах» (ООКРУТР) (Литвякова, 2020). Для межгруппового сравнения средних показателей индивидуально-психологических особенностей пациентов по фактору ремиссии (группа больных с ремиссией после прохождения программы и с рецидивом сразу после прохождения программы) был применен непараметрический U-критерий Манни-Уитни для двух независимых выборок.
При межгрупповом сравнении средних показателей испытуемых по фактору ремиссии (группа с ремиссией и группы в рецидиве и рецидивирующей ремиссии) был применен критерий Н Крускала-Уоллиса для трех и более независимых выборок.
Сравнивая группы больных по фактору ремиссии, мы предполагали проанализировать эффективность программы реабилитации, проверить гипотезу о наличии личностных особенностей больных, способствующих возникновению и поддержанию ремиссии, обуславливающих ее продолжительность. С целью осуществления анализа различий характерологических особенностей пациентов с разной продолжительностью ремиссии выборка была разделена на четыре группы с учетом продолжительности ремиссии:
1-я группа — без ремиссии;
2-я — с ремиссией 4 месяца (срыв ремиссии произошел в большинстве случаев на Новый год);
3-я группа со вторичной ремиссией — на 4-й год катамнестического исследования ремиссия не менее 6 месяцев;
4-я группа с безрецидивной («чистой») ремиссией на протяжении 4-х лет.
При сравнении характерологических особенностей по фактору ремиссии были использованы результаты первичного и вторичного тестирования, а также результаты тестов, проводимых один раз в середине программы реабилитации. При межгрупповом сравнении средних был применен критерий Н-Крускала-Уоллиса для трех и более независимых выборок.
Внутригрупповое сравнение результатов тестирования и ретестирования всей выборки проводилось с помощью не параметрического критерия Вилкоксона для парных выборок. Результаты эффективности программы реабилитации оценивались по продолжительности и качеству ремиссии объективными и субъективными методами наблюдения, беседы, структурированного интервью, оригинальным опросником «Опросник оценки качества ремиссии в удаленных и труднодоступных регионах» (ООКРУТР).
Исследовалось влияние третичной профилактики, основанной на создании и поддержании групп Анонимных Алкоголиков (АА), индивидуальное консультирование «выздоравливающих алкоголиков» (в терминологии сообщества АА), основными методами исследования второй части работы стали методы наблюдения, беседы, структурированное интервью (все три метода применялись как дистанционно — по телефону, так и на местах во время командировок — 1−2 раза в год).
Для оценки качества ремиссии был разработан и опробован «Опросник оценки качества ремиссии в удаленных и труднодоступных регионах» (ООКРУТР) (Литвякова, 2020). Для межгруппового сравнения средних показателей индивидуально-психологических особенностей пациентов по фактору ремиссии (группа больных с ремиссией после прохождения программы и с рецидивом сразу после прохождения программы) был применен непараметрический U-критерий Манни-Уитни для двух независимых выборок.
При межгрупповом сравнении средних показателей испытуемых по фактору ремиссии (группа с ремиссией и группы в рецидиве и рецидивирующей ремиссии) был применен критерий Н Крускала-Уоллиса для трех и более независимых выборок.
Сравнивая группы больных по фактору ремиссии, мы предполагали проанализировать эффективность программы реабилитации, проверить гипотезу о наличии личностных особенностей больных, способствующих возникновению и поддержанию ремиссии, обуславливающих ее продолжительность. С целью осуществления анализа различий характерологических особенностей пациентов с разной продолжительностью ремиссии выборка была разделена на четыре группы с учетом продолжительности ремиссии:
1-я группа — без ремиссии;
2-я — с ремиссией 4 месяца (срыв ремиссии произошел в большинстве случаев на Новый год);
3-я группа со вторичной ремиссией — на 4-й год катамнестического исследования ремиссия не менее 6 месяцев;
4-я группа с безрецидивной («чистой») ремиссией на протяжении 4-х лет.
При сравнении характерологических особенностей по фактору ремиссии были использованы результаты первичного и вторичного тестирования, а также результаты тестов, проводимых один раз в середине программы реабилитации. При межгрупповом сравнении средних был применен критерий Н-Крускала-Уоллиса для трех и более независимых выборок.
Внутригрупповое сравнение результатов тестирования и ретестирования всей выборки проводилось с помощью не параметрического критерия Вилкоксона для парных выборок. Результаты эффективности программы реабилитации оценивались по продолжительности и качеству ремиссии объективными и субъективными методами наблюдения, беседы, структурированного интервью, оригинальным опросником «Опросник оценки качества ремиссии в удаленных и труднодоступных регионах» (ООКРУТР).
Результаты
В программе приняло участие 25 алкогольных семей (7 полных и 18 неполных с матерями-одиночками), всего — 32 больных, из них 24 женщины и 8 мужчин в возрасте 20−50 и 26−52 лет соответственно. Исследовано влияние индивидуальных особенностей и мотивации на уровень соблюдения зависимыми от алкоголя пациентами программы реабилитации, основанной на принципах работы с группой Анонимных Алкоголиков (далее — АА). Исследование проводилось на Чукотке (Чукотский АО) на протяжении 4-х лет (с 2014 по 2018 г. г.). Установлено, что терапевтическая ремиссия наиболее продолжительна (4 года) при низких показателях потребности в поиске острых ощущений, волевой саморегуляции, настойчивости, локуса контроля-Я. Для пациентов, жестко придерживающихся программы реабилитации, характерны: амбиверсия; высокие уровни нейротизма, мотивации избегания неудач, искренности в ответах; принятие и толерантное отношение к своему ребенку. В результате исследования выявлены статистически различающиеся индивидуально-психологические характеристики, влияющие на продолжительность ремиссии.
Введение
Алкоголизм опасен для конкретного этноса и страны в целом, так как имеет множество меди-цинских, экономических и социальных последствий. При развитии заболевания возникает утра-та психического и физического здоровья. Деградация нравственности приводит к антиобщественному пове-дению и маргинализации этносов. Ситуация усугубляется демографическими последствиями (снижение рождаемости, рождение неполноценных детей). Для северных регионов РФ характерна наиболее высокая распространенность алкоголизма. По статистике в 2003—2009 годах в РФ выявлена тенденция снижения заболевания благодаря мерам по урегулированию про-изводства/продажи спиртных напитков. Однако в рай-онах проживания коренных северных народов улуч-шение ситуации не отмечено, а в 2017 году Чукотский А О стал лидером по числу алкогольных психозов.
Стремительное формирование алкогольной зависимости у коренных народов севера связано со свое-образностью их биохимических процессов, приводя-щих к замедлению детоксикации этанола и более дли-тельному сохранению его высокого уровня в крови, чем у европейцев. Причина, предположительно, заключается в «липидном» типе энергетического обмена, как следствия преимущественного потребления животных жиров. В результате, возможно, снижается интенсив-ность продукции эндогенного этанола кишечной микрофлорой и повышается потребность в компенсации его недостатка. Данная гипотеза нуждается в детальной проверке. Возможно, специфика питания не связана с метаболизмом этанола или причина «северного алкоголизма» заключается во всасывании большого количества жиров в виде хиломикронов, снижающих продукцию «гормонов стресса», поэтому при употреблении спиртных напитков эйфория наступает быстрее. Другая вероятная причина неустойчивости к алкоголю — выраженное превышение активности алкоголь-дегидрогеназ над таковой для альдегиддегидрогеназ. Это приводит к накоплению в крови ацетальдегида в высоких концентрациях. На спектр синтезируемых в организме изоформ ферментов влияет популяционная генетика. Выделяют также внешние причины тя-ги к алкоголю у северных народов, в частности, при-родно-климатические, техногенные и психосоциальные стресс-факторы:
1. Интенсивное освоение севера с вытеснением коренных жителей с пастбищных территорий;
2. Снижение популяционной устойчивости к алкоголю в поколениях;
3. Переход на европейский формат питания, вызывающий повышение кортикостероидов, и желание снять стресс с помощью алкоголя, на фоне биохимических и генетических особенностей, влияющих на метаболизм этанола.
Несмотря на серьезность проблемы алкоголизма северных народов, российские и зарубежные научные публикации по данной теме немногочисленны. До конца 80-х годов XX века в СССР исследование «северно-го алкоголизма» находилось под запретом. После его снятия прорыв в публикациях не произошел по при-чинам технических и финансовых сложностей, а так-же трудностей проведения корректного медико-стати-стического анализа. Требуется продолжение исследований причин алкоголизма у коренного населения севера и разработка профилактических/лечебных мер для сохранения их здоровья.
Прорывное решение проблемы алкоголизма в РФ, включая северные регионы, — становление и формирование понятия «Антиалкогольный барьер» и бази-рующегося на нем комплекса превентивных мер и под-ходов для нормализации текущей ситуации. На созда-ние и укрепление
Антиалкогольного барьера должна опираться федеральная и региональная социальная политика по борьбе с пьянством. Разработка результативных программ невозможна без учета терри-ториальных, климатических, социальных, культурных и поведенческих особенностей этнических групп. Од-ним из главных критериев результативности превентивных и реабилитационных мер является их соответствие преморбидным личностным особенностям алко-голиков, являющихся причиной или способствующих развитию алкоголизма.
Цель настоящей работы — исследование взаимосвязи личностных характеристик больных алкоголиз-мом и продолжительности терапевтической ремиссии после программы реабилитации среди представителей коренного населения Чукотки.
Используемая в исследованиях программа реабилитации — первая в России и, возможно, в мире (отсутствуют ее аналоги в доступной англо- и русскоязычной научной литературе).
Задачи исследования: провести краткосрочную про-грамму реабилитации в стационаре; в рамках программы учесть социально-экономические, этнические и др. особенности пациентов; провести программу пост-стационарной паллиативной реадаптации (4 года) для прошедших программу краткосрочной реабилитации с учетом региональных и личностных особенностей пациентов.
Стремительное формирование алкогольной зависимости у коренных народов севера связано со свое-образностью их биохимических процессов, приводя-щих к замедлению детоксикации этанола и более дли-тельному сохранению его высокого уровня в крови, чем у европейцев. Причина, предположительно, заключается в «липидном» типе энергетического обмена, как следствия преимущественного потребления животных жиров. В результате, возможно, снижается интенсив-ность продукции эндогенного этанола кишечной микрофлорой и повышается потребность в компенсации его недостатка. Данная гипотеза нуждается в детальной проверке. Возможно, специфика питания не связана с метаболизмом этанола или причина «северного алкоголизма» заключается во всасывании большого количества жиров в виде хиломикронов, снижающих продукцию «гормонов стресса», поэтому при употреблении спиртных напитков эйфория наступает быстрее. Другая вероятная причина неустойчивости к алкоголю — выраженное превышение активности алкоголь-дегидрогеназ над таковой для альдегиддегидрогеназ. Это приводит к накоплению в крови ацетальдегида в высоких концентрациях. На спектр синтезируемых в организме изоформ ферментов влияет популяционная генетика. Выделяют также внешние причины тя-ги к алкоголю у северных народов, в частности, при-родно-климатические, техногенные и психосоциальные стресс-факторы:
1. Интенсивное освоение севера с вытеснением коренных жителей с пастбищных территорий;
2. Снижение популяционной устойчивости к алкоголю в поколениях;
3. Переход на европейский формат питания, вызывающий повышение кортикостероидов, и желание снять стресс с помощью алкоголя, на фоне биохимических и генетических особенностей, влияющих на метаболизм этанола.
Несмотря на серьезность проблемы алкоголизма северных народов, российские и зарубежные научные публикации по данной теме немногочисленны. До конца 80-х годов XX века в СССР исследование «северно-го алкоголизма» находилось под запретом. После его снятия прорыв в публикациях не произошел по при-чинам технических и финансовых сложностей, а так-же трудностей проведения корректного медико-стати-стического анализа. Требуется продолжение исследований причин алкоголизма у коренного населения севера и разработка профилактических/лечебных мер для сохранения их здоровья.
Прорывное решение проблемы алкоголизма в РФ, включая северные регионы, — становление и формирование понятия «Антиалкогольный барьер» и бази-рующегося на нем комплекса превентивных мер и под-ходов для нормализации текущей ситуации. На созда-ние и укрепление
Антиалкогольного барьера должна опираться федеральная и региональная социальная политика по борьбе с пьянством. Разработка результативных программ невозможна без учета терри-ториальных, климатических, социальных, культурных и поведенческих особенностей этнических групп. Од-ним из главных критериев результативности превентивных и реабилитационных мер является их соответствие преморбидным личностным особенностям алко-голиков, являющихся причиной или способствующих развитию алкоголизма.
Цель настоящей работы — исследование взаимосвязи личностных характеристик больных алкоголиз-мом и продолжительности терапевтической ремиссии после программы реабилитации среди представителей коренного населения Чукотки.
Используемая в исследованиях программа реабилитации — первая в России и, возможно, в мире (отсутствуют ее аналоги в доступной англо- и русскоязычной научной литературе).
Задачи исследования: провести краткосрочную про-грамму реабилитации в стационаре; в рамках программы учесть социально-экономические, этнические и др. особенности пациентов; провести программу пост-стационарной паллиативной реадаптации (4 года) для прошедших программу краткосрочной реабилитации с учетом региональных и личностных особенностей пациентов.
Методы
Исследование носило эмпирический характер. Применялись такие методы исследования, как наблюдение – свободное, включенное, внешнее, сплошное; анкетирование, беседы, опросы, тесты; эксперимент; количественные и качественные методы обработки данных. Исследование проводилось с 2014 года до 2018 года, полученные результаты (количество че-ловек, находящихся в терапевтической ремиссии) ак-туальны на 2021 год, что подтверждено методами опро-са, беседы, наблюдения.
Исследование проводилось в Чукотском АО, в г. Анадырь на базе реабилитационного центра, соз-данного для реализации регионального проекта по ре-абилитации алкогольной зависимости при участии Департамента социальной политики Чукотского АО совместно с Чукотским автономным окружным отде-лением Общероссийской общественной организации «Российский Красный Крест».
В работе с пациентами использовалась уникальная краткосрочная «Программа реабилитации се-мьи». При ее реализации психотерапевтическая работа проводилась с каждым членом семьи: обоими пьющими родителями или одним взрослым (в неполной семье), а также с детьми 3–18 лет, приехавшими в центр реабилитации. Основные параметры участников программы:
1. Злоупотребление алкоголем обоими родителями, или, в случае неполной семьи, – матерью;
2. Социальное неблагополучие семьи;
3. Угроза или факт лишения родительских прав из-за злостного пьянства.
В исследовании приняло участие 25 алкогольных семей (7 полных и 18 неполных с матерями-одиночками), всего – 32 больных, из них 24 женщины и 8 мужчин в возрасте 20–50 и 26–52 лет соответственно. Количество детей в семье не учитывалось. По на-циональности 15 больных были чукчи, 17 – русские, рожденные и проживающие на территории Чукотки.
Реабилитацию проводили в 2 смены по 20 и 14 су-ток. Разница в количестве дней была обусловлена труд-ностью транспортировки пациентов. Мужья и жены разделялись по сменам рандомно, однако учитывались пожелания супругов. В каждой смене было рав-ное количество пациентов и соотношение мужчин/женщин (4/12).
Программу психотерапевтических интервенций разрабатывали с учетом среды проживания и особенностей жизни в регионе:
1. Удаленность и труднодоступность поселений;
2. Суровые климатические условия;
3. Социальное неблагополучие (малая занятость, ограниченные возможности для трудовой и творческой самореализации).
Исследование включало 3 этапа:
1. Разработка стационарной и постстационарной частей программы реабилитации;
2. Проведение в стационаре «Программы реабилитации семьи» в краткосрочном формате (14 и 20 дней для первой и второй смен), исследование больных по-средством наблюдения, структурированного интервью и неструктурированной беседы;
3. Проведение постстационарной паллиативной программы реадаптации (4 года) для прошедших про-грамму краткосрочной реабилитации, включающей создание и поддержание групп АА, индивидуальное консультирование «выздоравливающих алкоголиков» (терминология сообщества АА). В исследовании при-меняли методы наблюдения, неструктурированного/структурированного интервью.
По результатам интервьюирования был состав-лен оригинальный опросник оценки качества ре-миссии в удаленных и труднодоступных регионах (ООКРУТР) [12], [13]. Направления исследования представлены в табл. 1.
Исследование проводилось в Чукотском АО, в г. Анадырь на базе реабилитационного центра, соз-данного для реализации регионального проекта по ре-абилитации алкогольной зависимости при участии Департамента социальной политики Чукотского АО совместно с Чукотским автономным окружным отде-лением Общероссийской общественной организации «Российский Красный Крест».
В работе с пациентами использовалась уникальная краткосрочная «Программа реабилитации се-мьи». При ее реализации психотерапевтическая работа проводилась с каждым членом семьи: обоими пьющими родителями или одним взрослым (в неполной семье), а также с детьми 3–18 лет, приехавшими в центр реабилитации. Основные параметры участников программы:
1. Злоупотребление алкоголем обоими родителями, или, в случае неполной семьи, – матерью;
2. Социальное неблагополучие семьи;
3. Угроза или факт лишения родительских прав из-за злостного пьянства.
В исследовании приняло участие 25 алкогольных семей (7 полных и 18 неполных с матерями-одиночками), всего – 32 больных, из них 24 женщины и 8 мужчин в возрасте 20–50 и 26–52 лет соответственно. Количество детей в семье не учитывалось. По на-циональности 15 больных были чукчи, 17 – русские, рожденные и проживающие на территории Чукотки.
Реабилитацию проводили в 2 смены по 20 и 14 су-ток. Разница в количестве дней была обусловлена труд-ностью транспортировки пациентов. Мужья и жены разделялись по сменам рандомно, однако учитывались пожелания супругов. В каждой смене было рав-ное количество пациентов и соотношение мужчин/женщин (4/12).
Программу психотерапевтических интервенций разрабатывали с учетом среды проживания и особенностей жизни в регионе:
1. Удаленность и труднодоступность поселений;
2. Суровые климатические условия;
3. Социальное неблагополучие (малая занятость, ограниченные возможности для трудовой и творческой самореализации).
Исследование включало 3 этапа:
1. Разработка стационарной и постстационарной частей программы реабилитации;
2. Проведение в стационаре «Программы реабилитации семьи» в краткосрочном формате (14 и 20 дней для первой и второй смен), исследование больных по-средством наблюдения, структурированного интервью и неструктурированной беседы;
3. Проведение постстационарной паллиативной программы реадаптации (4 года) для прошедших про-грамму краткосрочной реабилитации, включающей создание и поддержание групп АА, индивидуальное консультирование «выздоравливающих алкоголиков» (терминология сообщества АА). В исследовании при-меняли методы наблюдения, неструктурированного/структурированного интервью.
По результатам интервьюирования был состав-лен оригинальный опросник оценки качества ре-миссии в удаленных и труднодоступных регионах (ООКРУТР) [12], [13]. Направления исследования представлены в табл. 1.
Таблица 1
![](https://static.tildacdn.com/tild6430-6363-4362-b732-343539343135/photo.png)
Результаты исследования и их обсуждение
По нашим данным, многие представители стар-шего поколения воспитывались в интернатах в пери-од «окультуривания» Крайнего Севера, что привело к развитию госпитализма и нарушению традиционных устоев жизни. С учетом данной и других особенностей разработана программа психотерапевтических интервенций, нацеленная на использование в Чукотском АО. Для ее полноценной реализации учитывали нейропсихологические данные индивидов:
1. Предрасположенность к правополушарному об-разному мышлению (отмечена у 32 больных, толь-ко 2 пациента имели левшество);
2. Антиципационную несостоятельность, инфантилизм, наивность, доверчивость;
3. Неосведомленность в вопросах безопасного упо-требления алкоголя, разрушение культурно-бытовых и семейно-родовых традиций.
Известно, что для северных народов характер-на адаптация организма посредством экзогенной гипоксии или синдрома полярной одышки к низкому содержанию паров воды в воздухе. Данную особенность важно учитывать в лечении алкоголизма, так как феномен способствует быстрой утомляемости и снижению моторной, мыслительной и психи-ческой активностей.
В процессе исследования взаимосвязи личностных характеристик больных алкоголизмом и длительно-сти терапевтической ремиссии после программы реа-билитации, пациентов разделили на 4 группы (рис. 1):
1. Без ремиссии: алкоголь начали употреблять сразу или в течение двух недель после стационара;
2. Ремиссия 4 мес.: у больных этой группы срыв чаще происходил на Новый год;
3. Вторичная ремиссия: у больных этой группы ре-миссия длилась 4 мес., далее срыв и рецидив произошли на Новый год, однако были попытки отказа от употребления алкоголя с вторичной ремиссией не менее 6 мес.; 4. Безрецидивная ремиссия: 4 года.
1. Предрасположенность к правополушарному об-разному мышлению (отмечена у 32 больных, толь-ко 2 пациента имели левшество);
2. Антиципационную несостоятельность, инфантилизм, наивность, доверчивость;
3. Неосведомленность в вопросах безопасного упо-требления алкоголя, разрушение культурно-бытовых и семейно-родовых традиций.
Известно, что для северных народов характер-на адаптация организма посредством экзогенной гипоксии или синдрома полярной одышки к низкому содержанию паров воды в воздухе. Данную особенность важно учитывать в лечении алкоголизма, так как феномен способствует быстрой утомляемости и снижению моторной, мыслительной и психи-ческой активностей.
В процессе исследования взаимосвязи личностных характеристик больных алкоголизмом и длительно-сти терапевтической ремиссии после программы реа-билитации, пациентов разделили на 4 группы (рис. 1):
1. Без ремиссии: алкоголь начали употреблять сразу или в течение двух недель после стационара;
2. Ремиссия 4 мес.: у больных этой группы срыв чаще происходил на Новый год;
3. Вторичная ремиссия: у больных этой группы ре-миссия длилась 4 мес., далее срыв и рецидив произошли на Новый год, однако были попытки отказа от употребления алкоголя с вторичной ремиссией не менее 6 мес.; 4. Безрецидивная ремиссия: 4 года.
![](https://static.tildacdn.com/tild3039-3862-4139-b762-373134393232/image_27.png)
Рис. 1. Количество пациентов в группах с разной продолжительностью ремиссии.
Тестирование проводилось в начале и конце смены, некоторые методики применялись однократно. Результаты межгруппового сравнения по фактору ремис-сии представлены в табл. 2, 3.
1. 1-я группа (без ремиссии): выраженные экстраверты с уровнем экстраверсии выше среднего (16, 19 баллов).
2. 2-я группа (с ремиссией не более 4-х мес.): ярко выраженные интроверты (7 баллов).
3. 3-я и 4-я группы (ремиссия 6 мес. и 4 года): амбиверты (16 и 13,2 балла соответственно). Э. Конклин – автор термина «амбиверсия», на-звал ее психологической нормой, считая амбивертов адаптивными и эффективными людьми.
Тестирование проводилось в начале и конце смены, некоторые методики применялись однократно. Результаты межгруппового сравнения по фактору ремис-сии представлены в табл. 2, 3.
1. 1-я группа (без ремиссии): выраженные экстраверты с уровнем экстраверсии выше среднего (16, 19 баллов).
2. 2-я группа (с ремиссией не более 4-х мес.): ярко выраженные интроверты (7 баллов).
3. 3-я и 4-я группы (ремиссия 6 мес. и 4 года): амбиверты (16 и 13,2 балла соответственно). Э. Конклин – автор термина «амбиверсия», на-звал ее психологической нормой, считая амбивертов адаптивными и эффективными людьми.
Исследователями выявлена: устойчивость амбивертов к эмо-циональному выгоранию, склонность к гибкости в стратегиях взаимодействия с людьми, широкий поведенческий репертуар для достижения договоренностей и результативности. Отмечены позитивное влияние амбиверсии на сохранение когнитивных функций при старении и ориентированность людей данного склада на сотрудничество при конфликте. В то же время, экстраверты более склонны к соперничеству, а интроверты – к стратегии избегания, конформности, приспособлению, по-иску компромиссов.
Таблица 2
![](https://static.tildacdn.com/tild6231-6633-4533-b436-346130613763/_2.png)
Таблица 3
![](https://static.tildacdn.com/tild3635-3261-4665-a363-663836613033/_3.png)
Предположительно, высокая степень экстраверсии в 1-й группе (без ремиссии) является причиной конфликтности и предрасположенности к соперничеству, что приводит к эмоциональному дисбалансу и срыву. Интроверсия во 2-й группе (ремиссия 4 мес.) выражает: нацеленность на приспособление к окружающим/среде, конформность, поиск компромиссов в ущерб своим интересам. Данная стратегия поведения при-водит к психологической разрядке подавленных им-пульсов, а затем к срыву.
Уровень амбивертности в 3-й и 4-й группах (ре-миссия 6 мес. и 4 года) достигал средних и выражен-ных показателей. Особенности данного психологического типа:
Мотивация стремления к достижению успеха статистически значимо (р≤0,03) выражена у 1-й группы (124,3 баллов), а избегания неудач — у 4-й (102,0). Возможно, страх перед неудачей у последних (4-я гр.) является сильным мотивом для преодоления алкогольной зависимости и нацеливает респондентов держаться за уже испробованное в рамках программы реабилитации средство контроля поталогического влечения к алкоголю (ПВА). Они сильнее мотивированы на соблюдение программы реадаптации, ранее изученной ими в стационаре, как продолжения программы Я. Марша-ка.
Период реадаптации является «переходным объектом» в понятиях антикрейвинговой психотерапии. Респонденты с ремиссией осторожны, опасаются не-испробованных методов и средств. Они в преодоле-нии ПВА предпочитают полагаться на знакомые ме-тоды и сформированные в ранее стационаре навыки.
Страх нового усиливается: амбиверсией, низкой по-требностью в поиске ощущений и низким показателем локуса контроля-Я. Таким пациентам присуще неве-рие в свои силы, но знания, полученные в программе реабилитации и участие в постстационарной реадаптации (консультирование с психологом, посещение группы и работа по программе АА) компенсируют не-уверенность в своих силах сохранить трезвость. Респонденты с ремиссией (4-я группа) боятся потерпеть неудачу, а пациенты с рецидивом (1-я группа) не ду-мают о поражении, полностью уверены в своих силах и способности управления собственной жизнью. Последние все больше отклоняются от программы, что приводит к рецидиву.
Самый высокий и низкий «Локус контроля-Я» статистически значимо (р≤0,035) отмечены в 3-й и 4-й (24,0 и 12,2 балла) группах, средние (19,88 и 20,5) показатели выявлены в группах 1 и 2. В методике СЖО в субшкале «локус контроля-Я» («Я — хозяин жизни») средними считаются значения 24,65±2,39 (Петрова, Шестакова, 2002), т. е. результаты в группах 1−3 соответствуют данному диапазону, а в 4-й группе баллы низкие.
Пациенты групп 1−3 верят в свои силы и возможности контроля собственной жизни. Они считают себя сильными персонами с необходимой свободой выбора для построения своей жизни в соответствии со своими целями, задачами и представлением о ее смысле.
Пациенты 4-й группы не уверены в возможности контролировать свою жизнь и действовать с учетом собственных желаний и ценностей.
Статистически значимые различия получены по факторам «общая саморегуляция» (р≤0,045) и «настойчивость» (р≤0,039). Наиболее развита волевая саморегуляция у пациентов 3-й группы (16,75 баллов). Они могут контролировать свое поведение в различных ситуациях, сознательно управлять своими действиями, состояниями и побуждениями, более уверены в себе. У данных пациентов лучше развита рефлексия и само-контроль, повышена активность.
В меньшей степени эти качества присутствуют в 4-й группе (8 баллов), для групп 1 и 2 выявлены средние показатели (14,38 и 14,83 соответственно). По шкале «Настойчивость» для 4-й группы характерны самые низкие значения (5,0 бал-лов), самые высокие — у 3-й группы (12,0), средние — у 1-й (9,94) и 2-й (10,33). Испытуемые 4-й группы с ремиссией 4 года не уверены в себе и своих действиях, импульсивны, лабильны, непоследовательны в поведении, со сниженной активностью/работоспособностью. Однако их чувственность, изобретательность и пла-стичность выше, чем у других групп, у них отсутствует склонность следовать социальным правилам и нормам.
Самые высокие показатели нейротизма (р≤0,038) наблюдаются у 4-й группы (20,4), т. е. пациентам с без-рецидивной ремиссией свойственны высокая психическая неустойчивость, ригидность, напряженность, тревожность, сверхчувствительные реакции, недовольство собой и окружающим миром. Все это является сильным мотивом к преодолению зависимости от алкоголя, в то время как пациенты 2-й группы с низкими (13,0) показателями нейротизма спокойны, беззаботны, сво-бодно и непринужденно общаются, удовлетворены со-бой и окружающими.
По шкале «Принятие/отвержение ребенка» баллы у всех групп соответствуют среднему диапазону (9−23). Са-мые высокие и низкие (17,0 и 13,19) показатели (р≤0,03) выявлены у 4-й и 1-й групп соответственно. Отвержение ребенка — одна из причин раздражительности, конфликтов в семье, недовольства собой и жизнью, а также важный фактор хронического стресса — который, как правило, приводит к рецидиву.
Пациенты 4-й группы принимают своих детей, активно проводят с ними время, поддерживают и одобряют интересы. У данных па-циентов менее выражен фактор конфликтности в дет-ско-родительских отношениях. Представители 1-ой группы больше раздражаются и придираются к своим детям, сомневаются в их способностях/перспективах. Возможно, желание быть хорошим родителем и бро-сить пить, в том числе ради детей, мотивирует пациентов 4-й группы отказаться от алкоголя.
Потребность в поисках ощущений статистически значимо (р≤0,038) ниже в 4-й группе (4,2), а выше — в 1-ой (7,13). Полученные результаты подтверждают выводы других авторов, что выраженная потребность в поиске ощущений приводит к отсутствию/непродолжительности ремиссии. Пациенты ощущают не-достаточную насыщенность своей жизни, пытаются добавить в нее новые ощущения. Вследствие ограниченности поведенческого репертуара и стратегий совладания с ПВА компенсация дефицитарности, как правило, достигается с помощью алкоголя (самого до-ступного средства).
Наиболее искренними (р≤0,037) оказались пациенты 4-й группы (6 баллов), а высокая неискренность присуща 1-й группе (11,56). Искренность — индикатор серьезности намерения бросить пить, готовности принять помощь и воспринимать программу АА, один из постулатов которой — быть честным.
Уровень амбивертности в 3-й и 4-й группах (ре-миссия 6 мес. и 4 года) достигал средних и выражен-ных показателей. Особенности данного психологического типа:
- Заинтересованность в решении конфликтов и со-трудничеству;
- Действенная позиция по преодолению жизнен-ных трудностей;
- Вариативность копинг-стратегий;
- Устойчивость к эмоциональному выгоранию, способствующая следованию выбранной стратегии и профилактике срыва.
Мотивация стремления к достижению успеха статистически значимо (р≤0,03) выражена у 1-й группы (124,3 баллов), а избегания неудач — у 4-й (102,0). Возможно, страх перед неудачей у последних (4-я гр.) является сильным мотивом для преодоления алкогольной зависимости и нацеливает респондентов держаться за уже испробованное в рамках программы реабилитации средство контроля поталогического влечения к алкоголю (ПВА). Они сильнее мотивированы на соблюдение программы реадаптации, ранее изученной ими в стационаре, как продолжения программы Я. Марша-ка.
Период реадаптации является «переходным объектом» в понятиях антикрейвинговой психотерапии. Респонденты с ремиссией осторожны, опасаются не-испробованных методов и средств. Они в преодоле-нии ПВА предпочитают полагаться на знакомые ме-тоды и сформированные в ранее стационаре навыки.
Страх нового усиливается: амбиверсией, низкой по-требностью в поиске ощущений и низким показателем локуса контроля-Я. Таким пациентам присуще неве-рие в свои силы, но знания, полученные в программе реабилитации и участие в постстационарной реадаптации (консультирование с психологом, посещение группы и работа по программе АА) компенсируют не-уверенность в своих силах сохранить трезвость. Респонденты с ремиссией (4-я группа) боятся потерпеть неудачу, а пациенты с рецидивом (1-я группа) не ду-мают о поражении, полностью уверены в своих силах и способности управления собственной жизнью. Последние все больше отклоняются от программы, что приводит к рецидиву.
Самый высокий и низкий «Локус контроля-Я» статистически значимо (р≤0,035) отмечены в 3-й и 4-й (24,0 и 12,2 балла) группах, средние (19,88 и 20,5) показатели выявлены в группах 1 и 2. В методике СЖО в субшкале «локус контроля-Я» («Я — хозяин жизни») средними считаются значения 24,65±2,39 (Петрова, Шестакова, 2002), т. е. результаты в группах 1−3 соответствуют данному диапазону, а в 4-й группе баллы низкие.
Пациенты групп 1−3 верят в свои силы и возможности контроля собственной жизни. Они считают себя сильными персонами с необходимой свободой выбора для построения своей жизни в соответствии со своими целями, задачами и представлением о ее смысле.
Пациенты 4-й группы не уверены в возможности контролировать свою жизнь и действовать с учетом собственных желаний и ценностей.
Статистически значимые различия получены по факторам «общая саморегуляция» (р≤0,045) и «настойчивость» (р≤0,039). Наиболее развита волевая саморегуляция у пациентов 3-й группы (16,75 баллов). Они могут контролировать свое поведение в различных ситуациях, сознательно управлять своими действиями, состояниями и побуждениями, более уверены в себе. У данных пациентов лучше развита рефлексия и само-контроль, повышена активность.
В меньшей степени эти качества присутствуют в 4-й группе (8 баллов), для групп 1 и 2 выявлены средние показатели (14,38 и 14,83 соответственно). По шкале «Настойчивость» для 4-й группы характерны самые низкие значения (5,0 бал-лов), самые высокие — у 3-й группы (12,0), средние — у 1-й (9,94) и 2-й (10,33). Испытуемые 4-й группы с ремиссией 4 года не уверены в себе и своих действиях, импульсивны, лабильны, непоследовательны в поведении, со сниженной активностью/работоспособностью. Однако их чувственность, изобретательность и пла-стичность выше, чем у других групп, у них отсутствует склонность следовать социальным правилам и нормам.
Самые высокие показатели нейротизма (р≤0,038) наблюдаются у 4-й группы (20,4), т. е. пациентам с без-рецидивной ремиссией свойственны высокая психическая неустойчивость, ригидность, напряженность, тревожность, сверхчувствительные реакции, недовольство собой и окружающим миром. Все это является сильным мотивом к преодолению зависимости от алкоголя, в то время как пациенты 2-й группы с низкими (13,0) показателями нейротизма спокойны, беззаботны, сво-бодно и непринужденно общаются, удовлетворены со-бой и окружающими.
По шкале «Принятие/отвержение ребенка» баллы у всех групп соответствуют среднему диапазону (9−23). Са-мые высокие и низкие (17,0 и 13,19) показатели (р≤0,03) выявлены у 4-й и 1-й групп соответственно. Отвержение ребенка — одна из причин раздражительности, конфликтов в семье, недовольства собой и жизнью, а также важный фактор хронического стресса — который, как правило, приводит к рецидиву.
Пациенты 4-й группы принимают своих детей, активно проводят с ними время, поддерживают и одобряют интересы. У данных па-циентов менее выражен фактор конфликтности в дет-ско-родительских отношениях. Представители 1-ой группы больше раздражаются и придираются к своим детям, сомневаются в их способностях/перспективах. Возможно, желание быть хорошим родителем и бро-сить пить, в том числе ради детей, мотивирует пациентов 4-й группы отказаться от алкоголя.
Потребность в поисках ощущений статистически значимо (р≤0,038) ниже в 4-й группе (4,2), а выше — в 1-ой (7,13). Полученные результаты подтверждают выводы других авторов, что выраженная потребность в поиске ощущений приводит к отсутствию/непродолжительности ремиссии. Пациенты ощущают не-достаточную насыщенность своей жизни, пытаются добавить в нее новые ощущения. Вследствие ограниченности поведенческого репертуара и стратегий совладания с ПВА компенсация дефицитарности, как правило, достигается с помощью алкоголя (самого до-ступного средства).
Наиболее искренними (р≤0,037) оказались пациенты 4-й группы (6 баллов), а высокая неискренность присуща 1-й группе (11,56). Искренность — индикатор серьезности намерения бросить пить, готовности принять помощь и воспринимать программу АА, один из постулатов которой — быть честным.
Заключение
Большинство авторов считают, что не существует преморбидной личности алкоголика, обладающей еди-ным набором качеств, способствующих развитию за-висимости, каждый случай индивидуален. Так-же отсутствует четкий набор качеств и характеристик, предрасполагающих к формированию длительной те-рапевтической ремиссии. При этом многие исследования нацелены на поиск особенных черт, объясняющих: (1) формирование зависимости или невосприимчивость к ПВА у разных людей; (2) излечиваемость и стойкость ремиссии.
В результате исследований больных алкоголизмом среди коренного населения Чукотки выделен ряд ха-рактеристик, влияющих на внутреннюю готовность следовать программе реабилитации, состоящей из краткосрочной стационарной программы реабилитации и постстационарной паллиативной программа реадап-тации/поддержания ремиссии. В свою очередь, паллиативная программа основана на принципах работы сообщества АА. Специфика заключается в необходимости соблюдать правила, полностью довериться перспективам — «обещаниям» (терминология сообщества АА) программы АА, основанным на положительном примере алкоголиков, достигших длительной ремис-сии благодаря следованию программы АА.
Собирательный образ больных из группы с про-должительной терапевтической ремиссией состоит из личностных характеристик, способствующих воз-держанию при ПВА:
1. Амбиверсия (выражается в ориентированности на разрешение конфликтов);
2. Мотивация избегания неудач (нацеливает придерживаться освоенной программы и сформирован-ных в стационаре навыков);
3. Искренность в ответах, следовательно, и в оцен-ке своего состояния.
Свойственное данной группе людей стремление избежать неудачи связано с опасением всего ново-го и страхом потерпеть поражение. Эта склонность усиливается низкими: потребностью в поиске острых ощущений и показателями локуса контроля-Я. По-следний индикатор характеризует больных с продолжительной ремиссией как не верящих в собственные силы и возможности самостоятельного контроля со-бытий жизни. Неуверенность в собственных возможностях по сохранению трезвости компенсируется знаниями и навыками, полученными в программе реабилитации, и участием в постстационарной программе реадаптации, включающей консультирование с пси-хологом, посещение группы АА, работу с наставником из сообщества АА. Пациентам с продолжительной ре-миссией присущи: низкие уровни волевой саморегуляции/настойчивости, высокая степень нейротизма. Все это выражается в психо-эмоциональной неустойчивости, проявляющейся в импульсивности, лабильности, слабом самоконтроле, пониженной рефлексии, ригидности, неуверенности в себе, недовольстве собой и окружающим миром, низкой активности и способно-сти управлять собственными действиями (состояния-ми, побуждениями), нестабильности намерений, тен-денции к отсутствию нарушения социальных правил и норм. Для таких пациентов характерна неконфликтность в детско-родительских отношениях. Они принимают и поддерживают своих детей, одобряют их инте-ресы. Желание быть хорошим родителем, возможно, является одним из мотивов преодоления алкогольной зависимости.
Обобщенный психологический портрет групп с несформировавшейся терапевтической ремиссией включает экстравертов, для которых характерна по-вышенная конфликтность и склонность к соперничеству, или наоборот, интровертов, нацеленных на при-способление к своему окружению и среде. Последние отличаются конформностью, поиском компромиссов порой в ущерб своим интересам, что в итоге приводит к психологической разрядке подавленных импульсов в виде срывов. У данной группы выражена мотивация стремления к достижению успеха, выше показатели локуса контроля-Я (локус контроля-Жизнь). Для них характерна психическая устойчивость, выраженная в средних показателях общей саморегуляции, настой-чивости и нейротизма, что проявляется в:
Поведение пациентов без ремиссии более последовательное, они готовы самостоятельно выбирать стратегии преодоления трудностей, не думают о поражении, ощущают себя хозяином положения, собственной жизни. В вопросах преодоления зависимости представители данной категории больных алкоголизмом по-лагаются на себя и свои способности, а не на полученные в программе реабилитации знания и навыки.
Однако, не обладая сформированными адаптивными копинг-стратегиями, они переоценивают свои силы и имеют тенденцию к демонстративности (высокий уровень по шкале «неискренность»). Такие индивиды не думают о поражении (рецидиве), позволяют се-бе все больше и больше отклоняться от четко структурированной программы реадаптации, в основе которой заложены принципы:
Все это противоречит мотивации стремления к успеху и локусу контроля-Жизнь, что, в результате, приводит к рецидиву. Пациентов с такими психологическими особенностями отличает высокая потреб-ность в новых ощущениях для восполнения недостаточно насыщенной жизни. Однако, из-за отсутствия адаптивных копинг-стратегий, скупости поведенческого репертуара, недостатка подручных конструктив-ных способов для восполнения нехватки ощущений, они компенсируют сформировавшуюся дефицитарность алкоголем.
Пациенты без ремиссии статистически больше раздражаются на своих детей, что приводит к конфликтам, хроническому стрессу и рецидиву. Им свойственна неискренность, желание казаться лучше, что указывает на неуверенность и стремление соответствовать социальным нормам.
Таким образом, существуют личностные характеристики, предрасполагающие больного алкоголиз-мом к успешному прохождению той или иной про-граммы реабилитации со своим набором методик, правил и принципов. Нахождение соответствия этих характеристик с оптимальными построением про-граммы реабилитации может стать ключом к успешности лечения.
В результате исследований больных алкоголизмом среди коренного населения Чукотки выделен ряд ха-рактеристик, влияющих на внутреннюю готовность следовать программе реабилитации, состоящей из краткосрочной стационарной программы реабилитации и постстационарной паллиативной программа реадап-тации/поддержания ремиссии. В свою очередь, паллиативная программа основана на принципах работы сообщества АА. Специфика заключается в необходимости соблюдать правила, полностью довериться перспективам — «обещаниям» (терминология сообщества АА) программы АА, основанным на положительном примере алкоголиков, достигших длительной ремис-сии благодаря следованию программы АА.
Собирательный образ больных из группы с про-должительной терапевтической ремиссией состоит из личностных характеристик, способствующих воз-держанию при ПВА:
1. Амбиверсия (выражается в ориентированности на разрешение конфликтов);
2. Мотивация избегания неудач (нацеливает придерживаться освоенной программы и сформирован-ных в стационаре навыков);
3. Искренность в ответах, следовательно, и в оцен-ке своего состояния.
Свойственное данной группе людей стремление избежать неудачи связано с опасением всего ново-го и страхом потерпеть поражение. Эта склонность усиливается низкими: потребностью в поиске острых ощущений и показателями локуса контроля-Я. По-следний индикатор характеризует больных с продолжительной ремиссией как не верящих в собственные силы и возможности самостоятельного контроля со-бытий жизни. Неуверенность в собственных возможностях по сохранению трезвости компенсируется знаниями и навыками, полученными в программе реабилитации, и участием в постстационарной программе реадаптации, включающей консультирование с пси-хологом, посещение группы АА, работу с наставником из сообщества АА. Пациентам с продолжительной ре-миссией присущи: низкие уровни волевой саморегуляции/настойчивости, высокая степень нейротизма. Все это выражается в психо-эмоциональной неустойчивости, проявляющейся в импульсивности, лабильности, слабом самоконтроле, пониженной рефлексии, ригидности, неуверенности в себе, недовольстве собой и окружающим миром, низкой активности и способно-сти управлять собственными действиями (состояния-ми, побуждениями), нестабильности намерений, тен-денции к отсутствию нарушения социальных правил и норм. Для таких пациентов характерна неконфликтность в детско-родительских отношениях. Они принимают и поддерживают своих детей, одобряют их инте-ресы. Желание быть хорошим родителем, возможно, является одним из мотивов преодоления алкогольной зависимости.
Обобщенный психологический портрет групп с несформировавшейся терапевтической ремиссией включает экстравертов, для которых характерна по-вышенная конфликтность и склонность к соперничеству, или наоборот, интровертов, нацеленных на при-способление к своему окружению и среде. Последние отличаются конформностью, поиском компромиссов порой в ущерб своим интересам, что в итоге приводит к психологической разрядке подавленных импульсов в виде срывов. У данной группы выражена мотивация стремления к достижению успеха, выше показатели локуса контроля-Я (локус контроля-Жизнь). Для них характерна психическая устойчивость, выраженная в средних показателях общей саморегуляции, настой-чивости и нейротизма, что проявляется в:
- Отсутствии выраженной импульсивности и ла-бильности в отличие от группы с безрецидивной ре-миссией;
- Стабильности эмоций и настроения;
- Удовлетворенности собой и окружающим миром;
- Уверенности в собственных силах и возможностях четкого самоконтроля в любых ситуациях.
Поведение пациентов без ремиссии более последовательное, они готовы самостоятельно выбирать стратегии преодоления трудностей, не думают о поражении, ощущают себя хозяином положения, собственной жизни. В вопросах преодоления зависимости представители данной категории больных алкоголизмом по-лагаются на себя и свои способности, а не на полученные в программе реабилитации знания и навыки.
Однако, не обладая сформированными адаптивными копинг-стратегиями, они переоценивают свои силы и имеют тенденцию к демонстративности (высокий уровень по шкале «неискренность»). Такие индивиды не думают о поражении (рецидиве), позволяют се-бе все больше и больше отклоняться от четко структурированной программы реадаптации, в основе которой заложены принципы:
- Обращения за помощью к другим (психологу, согруппникам по сообществу АА);
- Перекладывания ответственности за свою трез-вость на программу и Высшую Силу;
- Ежедневного посещения группы АА, следование программе;
- Соблюдения предписаний, правил, навыков, сформированных в рамках краткосрочной реабилитации в стационаре.
Все это противоречит мотивации стремления к успеху и локусу контроля-Жизнь, что, в результате, приводит к рецидиву. Пациентов с такими психологическими особенностями отличает высокая потреб-ность в новых ощущениях для восполнения недостаточно насыщенной жизни. Однако, из-за отсутствия адаптивных копинг-стратегий, скупости поведенческого репертуара, недостатка подручных конструктив-ных способов для восполнения нехватки ощущений, они компенсируют сформировавшуюся дефицитарность алкоголем.
Пациенты без ремиссии статистически больше раздражаются на своих детей, что приводит к конфликтам, хроническому стрессу и рецидиву. Им свойственна неискренность, желание казаться лучше, что указывает на неуверенность и стремление соответствовать социальным нормам.
Таким образом, существуют личностные характеристики, предрасполагающие больного алкоголиз-мом к успешному прохождению той или иной про-граммы реабилитации со своим набором методик, правил и принципов. Нахождение соответствия этих характеристик с оптимальными построением про-граммы реабилитации может стать ключом к успешности лечения.
Журнал «НАРКОЛОГИЯ». 2021. №10 [Скачать pdf]
Для цитирования: Литвякова О.С. Терапевтическая ремиссия алкоголизма у коренного населения Чукотки и ее зависимость от личных характеристик пациента. Наркология 2021; 20(10): 59-68.
Для цитирования: Литвякова О.С. Терапевтическая ремиссия алкоголизма у коренного населения Чукотки и ее зависимость от личных характеристик пациента. Наркология 2021; 20(10): 59-68.